71 день

История захвата танкера Stena Impero из первых рук

Генеральный директор судоходной компании Stena Bulk Эрик Ханелл рассказал о «контролируемом хаосе», который наступил после того, как танкер компании оказался втянут в политический конфликт.

Хроника событий

11 июля: Иран пытается захватить танкер BP в ответ на захват Grace 1 в Гибралтаре

19 июля: представители иранских вооруженных сил высаживаются на борт Stena Impero и арестовывают его

25 июля: Stena Bulk вступает в прямые переговоры с иранскими властями

15 августа: Гибралтарский суд разрешает отпустить Grace 1

21 августа: исполнительный директор Stena Bulk Эрик Ханелл встречается с министром иностранных дел Ирана Джавадом Зарифом

4 сентября: Иран отпускает домой семерых членов экипажа Stena Impero

27 сентября: Stena Impero освобожден и направляется из Ирана в Дубай

В пятницу 19 июля, через 10 минут после того, как Эрик Ханелл вышел из своего офиса в Гетеборге, ему позвонили. Это был член группы экстренного реагирования технического менеджера Northern Marine из Глазго, который сказал, что иранские военные направляются к танкеру Stena Impero в Ормузском проливе. Еще никто не понимал, что это начало 71-дневной саги, в которой судовладельцу пришлось преодолеть множество непростых препятствий, чтобы добиться освобождения своего судна и 23 моряков, находившихся на борту.

Вот как вспоминает тот первый звонок господин Ханелл:

- Мне сообщили, что иранские военные уже несколько раз требовали, чтобы танкер вошел в иранские воды, так как у них есть вопросы, а сейчас они направляются прямо к судну. После этого я оставался на связи с теплоходом и слышал все, что происходило в капитанской рубке, все переговоры, которые там велись. В тот же вечер мне снова позвонили из Глазго и сообщили, что иранские военные высадились на борт.

Глава компании Эрик Ханелл был шокирован:

- Происходящее было в высшей степени абсурдным, мы не понимали, что и почему происходит. Первый вопрос, который у нас возник, был: мы что-то сделали не так? И практически сразу из Глазго нам ответили: насколько нам известно, ничего. Должно быть, это какое-то недоразумение, оно вот-вот должно разъясниться, - такой была моя первая реакция.

Контролируемый хаос

События продолжали стремительно развиваться:

- Я бы назвал это контролируемым хаосом. Через 15 минут после звонка с сообщением о захвате нашего танкера мы уже работали с командой экстренного реагирования над урегулированием ситуации. В первые 30 минут основные усилия были направлены на то, чтобы получить информацию от экипажа теплохода и иранских властей. Еще через 20 минут начали звонить представители прессы. Однако никаких комментариев у нас не было – мы сами толком не могли понять, что происходит.

Давление СМИ

На следующее утро Ханелл решил, что необходимо ответить на вопросы прессы. В течение первых четырех-пяти дней он давал по 50-60 интервью в день. На вопрос, понимал ли он тогда, что оказался в центре самой обсуждаемой на тот момент новости в мире, он ответил:

- Совершенно нет. Мы просто понимали, что давление со стороны СМИ было огромным. Телефоны звонили непрерывно. На отдых у меня оставалось несколько часов ночью, а все остальное время мы делали все возможное и невозможное, пытаясь выяснить, что все-таки происходит. Самым трудным в первые дни было то, что компания не могла связаться с иранскими властями. Прошло два - три дня, прежде чем мы получили хоть какой-то ответ от экипажа и подтверждение от иранских властей, что наши письма с просьбами отпустить судно они все-таки получили.

Хуже всего то, что в течение всего срока задержания, длившегося 71 день, всю информацию в компании получали только через судового агента, местных представителей клуба взаимного страхования Swedish Club и сотрудников посольств, защищавших интересы моряков. Информация хоть и была исчерпывающей, но непосредственного контакта с экипажем у нас не было. Морякам разрешили регулярно звонить домой, только так мы узнавали информацию от них. Все остальное – официальные контакты.

С экипажем обращались хорошо

- Физически моряки никак не пострадали, однако психологическое давление было огромным. Никто не знал, что может произойти дальше и сколько времени продлится арест. Команда старалась не оставлять времени для мыслей о плохом и выполняла работы по поддержанию судна в рабочем техническом состоянии, но этот танкер – один из самых новых во флоте компании, так что делать там было практически нечего. Я уверен, что все моряки прошли через моменты, когда им было очень тяжело и их мучали вопросы, что вообще происходит и когда они выйдут на свободу. Но люди делали все, что могли, чтобы поддержать друг друга.

С мертвой точки дело сдвинула встреча Ханелла с министром иностранных дел Ирана Мохаммадом Джавадом Зарифом, которую правительству Швеции удалось организовать в Стокгольме 21 августа. Добрым знаком стало решение Гибралтара отпустить Grace 1, которое состоялось за несколько дней до встречи с министром.

Господин Ханелл избегает политических дискуссий и рассуждений о том, почему его судно подверглось нападению:

- В действительности мы не нашли никаких свидетельств того, что сделали что-то не так. Поэтому мы просто продолжаем работать.

Свобода!

- Только в сентябре Иран разрешил семи морякам покинуть судно и уехать домой. К этому моменту правительство страны дало нам понять, что судно скоро отпустят. 27 сентября ему разрешили уйти в Дубай.

Когда мы узнали, что судно и весь экипаж отпустили, вся наша команда, которая 71 день работала над их освобождением, испытала огромное облегчение и радость. Вместе с нами ждали моряков в Дубае их родственники и друзья. Через время мы выяснили у моряков их планы на будущее и все ответили, что хотят какое-то время побыть дома, но потом совершенно точно планируют снова идти в рейс.

Российский профсоюз моряков (РПСМ) отмечает, что благодаря усилиям судовладельца и вниманию мировой общественности, моряки, в числе которых трое россиян, были освобождены и благополучно вернулись домой. Однако смогут ли они теперь чувствовать себя спокойно в водах, где ранее прогремело несколько взрывов, а потом случился и этот арест? РПСМ считает, что зона Ормузского пролива все еще крайне небезопасна для судоходства. Международный переговорный форум, куда входит Объединенная группа судовладельцев и Международная федерация транспортников (МФТ), признал ее временной зоной повышенного риска. Теперь, если моряки подвергнутся атаке в этом районе, им полагается бонус. Но задача ближайшего будущего – вернуть гарантии безопасного судоходства на Ближнем Востоке.